Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Лена Белоусова: 'У нас была свадьба по буддийскому обряду'
 
'Некоторые на себе испытали силу Жениных кулаков'


- Ваш образ неразрывно связан с именем Жени Белоусова. Но ведь у Лены Белоусовой есть и собственная история...

- Я родилась в Ленинграде 6 декабря 1975 года. Мои родители - инженеры. Сами они никакого отношения к музыке не имели, но с детства отдали меня учиться в музыкальную школу по классу скрипки. Потом продолжала обучение в музучилище, но не доучилась, потому что познакомилась с Женей и переехала в Москву. Это было в 1994 году.

Мои родители, особенно мама, очень полюбили Женю. Он ни одному человеку не сделал ничего плохого, и я не видела ни одного человека, который бы сказал о нем плохое слово. Примерно через неделю после того, как мы познакомились, я сказала Жене такую фразу: 'Ты никому не делаешь больно...'. А он ответил: 'Я могу сделать больно только очень близким людям. Когда ты станешь мне близкой, ты это поймешь'. При этом он был далеко не безобидным человеком: если его оскорбляли, мог ударить. Есть несколько человек в шоу-бизнесе, которые вполне заслуженно испытали на себе силу Жениных кулаков.

- При каких же обстоятельствах состоялось ваше знакомство?

- Женя отбил меня у своего друга. Мы гостили у друзей, пришел Женя и... Это была любовь с первого взгляда. Самое смешное, что до этого я вовсе не была поклонницей Жениного творчества! Поначалу меня, конечно, смущало, что он - известный артист, что за ним увиваются толпы поклонниц, но Женя не давал мне повода для ревности. Мы с ним постоянно были вместе... Вместе жили, вместе работали. Я стала бэк-вокалисткой в его коллективе.

Конечно, уже тогда меня посещали мечты о сольной карьере, но Женя был категорически против этого. 'В семье не должно быть двух артистов', - говорил он. Я понимала, как ему тяжело, и готова была поступиться своими интересами, работая только с ним. Два человека - два самолюбия, два тщеславия. Не то, чтобы он ревновал меня к сцене, просто Женя понимал, какой путь надо пройти, чтобы стать звездой. Если бы я стала работать самостоятельно, мы бы неизбежно расстались.

- Ты говоришь, что Женя был властным. А на многих он производил впечатление легкого, мягкого, солнечного человека?

- Это был его сценический имидж. В жизни он был очень жестким. Умел подчинить себе всех, кто находился рядом. И очень критически относился к своему творчеству. Когда поклонницы говорили ему, что у него прекрасные песни, он отвечал: "Девочки, у вас плохой вкус"...

'От себя он не фанател'


- Многих шокирует, как вы поете. Занимались ли вы вокалом?

- Специально вокалом я раньше не занималась. В течение последнего года брала уроки, теперь занимаюсь по видеокурсам. Думаю, что самообразование, даже саможелание учиться, важнее, чем 'корочка' официального вуза.

- С какими проблемами вы как начинающая певица столкнулись в первую очередь?

- Мне трудно определить самой, какая песня станет хитом. Видимо, если ты слышишь песню и хочешь послушать ее еще раз, спеть - это и есть хит. Но ведь я могу и ошибаться. Никогда не стану петь откровенно коммерческую песню, если она мне не нравится. И в то же время не возьму в свой репертуар песню, которая нравится только мне и вряд ли понравится публике. Я пробовала сама писать песни, но пока что не увидела в них ничего такого, достойного обнародования. Правда, я их никому и не показывала. Пусть песни пишут профессионалы.

У Жени к собственному авторству было аналогичное отношение. Мало кто знает, что у него были и собственные песни. Но он их практически не исполнял. Один раз он просто 'дописал' своими песнями альбом, потому что ему не хватало материала. Но они нигде не крутились, их никто не знал...

- Может ли так случиться, что Лена Белоусова в один прекрасный момент запоет неизвестные песни Жени Белоусова?

- Нет, не может... К сожалению, песни не сохранились. Женя их держал в памяти, нигде не записывал. Они ушли вместе с ним. Кстати, Женя вообще очень иронично относился к собственному творчеству, от себя 'не фанател': не хранил у себя кассеты, статьи о себе. У него даже не было собственных компактов. Последний компакт я купила в ларьке по дороге к Жене в больницу.

- Насколько мне известно, ваши отношения с Женей не были официально зарегистрированы... Почему?

- Когда мы познакомились с Женей, мне было 18 лет. Я была уверена, что все - впереди: и семья, и дети. Поначалу вообще относилась не очень серьезно к нашему союзу с Женей, думала, что это на время. Но, как выяснилось, действительно, 'нет ничего более постоянного, чем временное'.

Только после двух лет совместной жизни мы поняли, что это, по-видимому, семья. Сама я не из тех девушек, которые, едва познакомившись с мужчиной, требуют от него свадьбы. И убегают от слова 'брак'. С Женей я сама никогда не заговаривала на эту тему. Он меня спрашивал: 'Ты будешь со мной жить? Ты выйдешь за меня замуж? Только мне вначале надо развестись, потом надо еще кое-что переоформить...'. Я засмеялась, сказала: 'Конечно, я подожду...'. Женя очень долго разводился со своей первой женой Леной Худик.

В последние годы своей жизни Женя увлекся буддизмом. Правда, он никогда не был особо верующим, ему просто была интересна эта религия, в то время она стала очень популярна в Голливуде: Ричард Гир, Элизабет Тейлор... Мало кто знает, что у нас с Женей была свадьба в Калмыкии по буддистскому обряду. Когда у Жени появился свой бизнес, мы с ним часто ездили в Элисту. И Женины друзья устроили нам эту церемонию. Правда, я не отношусь к ней серьезно, ведь даже если Женя не был буддистом в полном смысле слова, то уж я совсем никакого отношения к этой религии не имею.

'Брат Жени ходил к ясновидящей'


- Лена, а вы принадлежите какой-нибудь официальной религии?

- Нет, я не могу назвать себя религиозным человеком. Видимо, каждый из нас в своей жизни задает себе вопросы: а есть ли потусторонний мир? А есть ли Бог? А вдруг ничего этого нет? Когда Женя лежал в реанимации, мы испробовали все, чтобы ему помочь, начиная от экстрасенсов и заканчивая ежедневными посещениями церкви. Я перепробовала все, просто все...

Брат Жени ходил к какой-то ясновидящей, или экстрасенсу, не помню, как она себя именовала. Она сказала: 'На этом человеке нет печати смерти, он не умрет. Платите за прием - и можете спокойно идти домой'. А на следующий день Жени не стало.

Я понимаю, что мои слова могут задеть религиозных людей, но мне сейчас почему-то вспомнился сюжет фильма 'Народ против Ларри Флинта'. Герой очень верил в Бога, но после того, как стал инвалидом, перестал. И когда к нему пришел человек из религиозной общины, герой сказал: 'Теперь-то я понял, что Бога нет'. Видимо, после смерти Жени я разуверилась во всем. И тогда не сомневалась: если мне когда-нибудь будет плохо, пойду к хирургу, а не к священнику... Сейчас я немножко изменила свою точку зрения. Конечно, есть что-то выше нас, но церковь, религию придумали люди.

- Вы говорите о Жене как о человеке до сих пор живом...

- Я по-прежнему живу в квартире, которую мы снимали вместе с Женей. У меня до сих пор есть ощущение, что я не одна, что меня кто-то дома ждет. Может быть, когда-нибудь у меня и будет собственная отдельная квартира, но и оттуда уехать я тоже не смогу. Постараюсь сохранить этот дом как память о Жене. Говорят, для того, чтобы человек чувствовал себя счастливым, нужно, чтобы его удовлетворяли две составляющие - личная и творческая жизнь. Творчеством я занимаюсь, но у меня полное впечатление, что и личная жизнь у меня тоже в порядке, что Женя по-прежнему со мной.

Мила ПОДЪЯБЛОНСКАЯ (Москва)
Специально для 'Бульвара'